12:57 

На память и для работы

Алиса Димина
Добрым словом и гипошприцем с успокоительным можно достичь большего, чем добрым словом и световым мечом.
На мой взгляд, самая эпичная сцена книги!

— И вообще вы ведете себя очень неосторожно, дон Румата. Я все это время так волновался за вас… Вы такой дуэлянт, вы такой задира! Сто двадцать шесть дуэлей за пять лет! И ни одного убитого… В конце концов из этого могли сделать выводы. Я, например, сделал. И не только я. Этой ночью, например, брат Аба — нехорошо говорить дурно о покойниках, но это был очень жестокий человек, я его терпел с трудом, признаться… Так вот, брат Аба выделил для вашего ареста не самых умелых бойцов, а самых толстых и сильных. И он оказался прав. Несколько вывихнутых рук, несколько отдавленных шей, выбитые зубы не в счет… и вот вы здесь! А ведь вы не могли не знать, что деретесь за свою жизнь. Вы мастер. Вы, несомненно, лучший меч Империи. Вы, несомненно, продали душу дьяволу, ибо только в аду можно научиться этим невероятным, сказочным приемам боя. Я готов даже допустить, что это умение было дано вам с условием не убивать. Хотя трудно представить, зачем дьяволу понадобилось такое условие. Но пусть в этом разбираются наши схоласты…

Развернутая простыня

Благородный Румата Эсторский на допросе у дона Рэбы, одобренная Стругацкими иллюстрация.
А меня ничто не интересует, дон Рэба. Я развлекаюсь. Я не дьявол и не бог, я кавалер Румата Эсторский, веселый благородный дворянин, обремененный капризами и предрассудками.

И еще иллюстрации.

@темы: Голокрон Лемаршана, книгочит, великие фразы

URL
   

Подсобка лаборатории сумасшедшего ученого

главная